МАЛКОЛЬМ СМИТ. ПОЧЕМУ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА НЕ ПОМОГАЕТ В СЛУЧАЯХ ОТЧУЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЯ

 

Малкольм Смит отец из Нидерландов, который  был отчужден бывшей женой от своих детей.  Малкольм отец троих детей, переживший десятилетнюю кампанию отчуждения, которая включала три ложных обвинения в насилии над детьми— по всем из которых он был официально оправдан, а суд признал мать детей ответственной за ущерб, нанесенный детско-родительским отношениям. Он создал сайт LoveOverExile.com и его общественный форум, чтобы дать отчужденным родителям признание, практическое руководство и надежду, которые он не мог найти, когда он больше всего в этом нуждался.

  

Источник https://loveoverexile.com/parental-alienation-and-the-system/

Опубликовано в апреле 2026 г.

 

Учреждения, которые должны защищать детей и отстаивать родительские права — суды, психологи и психотерапевты, школы, социальные службы —, слишком часто подводят отчужденные семьи. Понимание причин не заключается в возложении вины на них. Речь идет о знании того, с чем вы имеете дело, чтобы вы могли ориентироваться в этом.

 

Определение · несостоятельности социальных институтов в случаях родительского отчуждения

 

Институциональный провал в случаях родительского отчуждения описывает модель, при которой семейные суды, специалисты в области психического здоровья, школы и социальные службы  из-за структурных ограничений, недостаточной подготовки и переутомления  непреднамеренно способствуют и закрепляют отчуждение у детей, а не выявляют и не устраняют его. Структура охватывает пять профессиональных учреждений: семейный суд (медленные процессуальные сроки, низкая судебно-медицинская грамотность в случаях родительского отчуждения), специалисты в области психического здоровья (Боу и коллеги в 2009 году обнаружили, что большинство специалистов в области психического здоровья не имеют специальной подготовки по родительскому отчуждению), школы (по умолчанию они контактируют только с родителем, проживающим с ребенком), социальные службы (применяют пороговые значения защиты детей, а не рассматривают семенные системы с высоким уровнем конфликта), и полиция (обвинение не предъявляется). Это не злой умысел — это система, предназначенная для обычных споров, не связанных с чрезвычайной формой психологического насилия.

 

Отчуждение родителей и система семейных судов — вкратце

 

Суды медленные; отчуждение быстрое — система была разработана для обычных споров, а не для срочного разрешения кризиса отчуждения родителя. Харман и др. (2018) классифицируют это явление  как непризнанную форму насилия в семье.

Терапевтам часто не хватает подготовки — Боу и др. (2009) обнаружили, что большинство специалистов в области психического здоровья недостаточно подготовлены к диагностике и терапии динамики родительского отчуждения.

Школы по умолчанию используют для контактов отчуждающего родителя, с которым проживает ребенок, оставляя целевого родителя изолированным от  информации, событий и решений, связанных с ребенком.

Система меняется медленно — руководство CAFCASS, международное законодательство и возрастающее количество исследований медленно  меняют ситуацию.

Понимание ситуации с социальными институтами поможет вам ориентироваться в ней— изложите свою позицию в терминах, понятных профессионалам, и выберите правильных профессионалов.

Одним из самых сбивающих с толку аспектов родительского отчуждения является открытие того, что система — та, которая, как вы верили, должна выявить правду, защитить вашего ребенка и восстановить справедливость— часто только ухудшает ситуацию. Это происходит не из злого умысла, а из-за невежества, перегрузки, структурных ограничений и институциональной культуры, которая не была создана для решения такого рода проблем.

Если вы сейчас находитесь в процессе навигации по системе, этот раздел не скажет вам то, что вы хотите услышать.  Система не спасет вас сама. Но и это не безнадежно. Понимание почему учреждения, борющиеся с родительским отчуждением, чаще всего бессильны в данной ситуации, дает вам знания для более эффективной работы в системе — для представления своей позиции в терминах, понятных профессионалам, для выбора правильных специалистов и для избежания ошибок, которые непреднамеренно усиливают позицию отчуждающего родителя.

Это карта местности нам которой вы находитесь, но не обещание того, что эта местность будет справедливой к вам и вашему ребенку.

 

Вот цифры, которые говорят сами за себя:

 

98% целевых родителей сообщают, что правовая система не смогла защитить их отношения с детьми (Харман и др., 2018) .

75% экспертов  опеки над детьми сообщают о недостаточной подготовке в области родительского отчуждения (Боу и др., 2009).

2–3 года – это среднее время, необходимое для вынесения судебного решения по делу об отчуждении родителя (Фидлер и Бала, 2010).

40% отчуждающих родителей выдвигают ложные обвинения в ходе судебного спора об  опеке над детьми (Бейкер и Дарналл, 2006).

Почему семейные суды не принимают справедливые решения в отношении отчужденных родителей?

 

Для большинства отчужденных родителей семейные суды являются центральным полем битвы. Они также являются учреждением, которое с наибольшей вероятностью усугубит ущерб — не потому, что судьи безразличны, а потому, что система была разработана для решения другого типа проблем. Харман, Крук и Хайнс (2018) классифицируют родительское отчуждение как непризнанную форму насилия в семье — однако правовая система рассматривает его как спор об опеке над детьми. Лорандос (2020) рассмотрел около 1200 дел в США и пришел к выводу, что отчуждение родителей рассматривается как допустимое в каждом штате. Проблема также  заключается в том, насколько медленно и неравномерно суды применяют санкции.

Семейное право действует на основе принципа минимального вмешательства. Суды предпочитают, чтобы родители сами разрешали споры. Когда они не могут этого сделать, суд вмешивается, но медленно, осторожно и с глубоким нежеланием выносить окончательные суждения о конкурирующих нарративах. Эта осторожность, имеющая смысл в обычных спорах, катастрофична в случаях отчуждения родителя. Каждый месяц задержки — это еще один месяц, в течение которого отчуждающий родитель закрепляет  отвержение ребенком целевого родителя. Каждый перерыв в заседаниях — это победа статус-кво.

Кроме того, имеются следующие структурные проблемы судебной инстанции:

• Скорость. Отчуждение родителя — это кризис, чувствительный ко времени. Суды действуют в сроки, измеряемые месяцами и годами. Фидлер и Бала (2010) говорят  о том, что оспариваемые дела в среднем находятся на рассмотрении 2–3 года, а  к этому моменту ущерб детско-родительским отношениям может быть закреплен.
• Подготовка. Многие судьи, адвокаты и адвокаты имеют ограниченную или вообще не имеют специальной подготовки в области родительского отчуждения. Боу и др. (2009)обнаружили, что большинство экспертов  опеки не имели надлежащей подготовки в области динамики отчуждения. Они опираются на общие рамки для случаев «конфликта высокого уровня», которые не делают различия между двумя враждующими родителями и одним из родителей, систематически разрушающим отношения ребенка с другим. Криминалистические инструменты существуют именно для этого — «Дерево решений» Дрозда и Олесена (2004) разделяет подлинное насилие, отчуждение и реалистичное отчуждение (сначала требуется проверка на насилие)—, но такие инструменты  не используются последовательно.
• Проблема «мнения ребенка». Суды все чаще отдают приоритет выраженным желаниям ребенка. В случаях отчуждения родителя это означает придание значения заявленному желанию ребенка не видеть вас — без надлежащего изучения того, является ли это желание подлинным или искусственным (т.е. феноменом  «независимого мыслителя» по классификации Ричарда Гарднера).
• Ложная эквивалентность. Инстинктивное желание  относиться к обоим родителям как к одинаково заслуживающим доверия, одинаково виноватым и одинаково заслуживающим компромисса глубоко укоренился в культуре семейного права. В случаях отчуждения эта ложная эквивалентность становится инструментом несправедливости — что Бейкер (2007) описывает как систему, которая используется в качестве оружия отчуждающим родителем.
• Исполнение. Даже когда суд выносит постановление о контакте ребенка с отчужденным родителем, его исполнение является проблемой. Отчуждающий родитель, который игнорирует постановление суда, может столкнуться с минимальными последствиями — и страдания ребенка от того, что его "заставили" увидеться с вами, часто используются как повод изменить порядок общения ребенка с отдельно проживающим родителем в пользу отчуждающего родителя.

 

 «Суд не спас мои отношения с ребенком. Но понимание того, как работает суд — и чего он не может сделать —, избавило меня от ожидания этого. И это изменило то, как я его использовал»

 

Почему психологи и психотерапевты  не понимают родительского отчуждения?

 

 

Психологи и психотерапевты  должны быть специалистами, которые лучше всего подходят для выявления и вмешательства в случае отчуждения родителей. Многие из них. Но профессия в области психического здоровья в целом имеет значительный пробел в знаниях — Боу, Гулд и Фленс (2009) обнаружили, что большинство экспертов  опеки над детьми сообщили о недостаточной подготовке, а психолог, не понимающий отчуждения, может принести больше вреда, чем пользы.

Основная проблема — это обучение. Большинство программ клинической и консультативной психологии не охватывают подробно тему родительского отчуждения. Психолог, назначенный судом вашему ребенку, может по умолчанию рассматривать сопротивление ребенка контакту как подлинное предпочтение, а не как симптом отчуждения. Они могут работать с ребенком индивидуально, подкрепляя выраженное им повествование, не подвергая сомнению его происхождение. Они могут порекомендовать сократить или приостановить контакт с вами — именно тот результат, которого добивается отчуждающий родитель.

Психолог, работающий с вами, который не понимает отчуждения, может непреднамеренно патологизировать вашу реакцию. Ваша сверхбдительность становится «тревожным расстройством» Ваше горе становится «депрессией» Ваш гнев превращается в «неразрешенный конфликт» Эти ярлыки не совсем неверны, но они полностью упускают причину, того что происходит с вами. У вас нет психических расстройств. Вы нормально реагируете на ненормальную ситуацию.

 

На что обращать внимание при выборе терапевта

 

Если вы ищете психотерапевта, а вам следует это сделать, это возможно, — ищите терапевта, который специально понимает родительское отчуждение. Спросите напрямую: «Вы раньше работали с отчужденными родителями? Понимаете ли вы динамику отчуждения?» Терапевт, который смешивает понятия родительского отчуждения и отчуждения ребенка из-за насилия родителя, или который никогда не слышал о 17 стратегиях отчуждения Бейкер или концепции предпочитаемого ребенком родителя не является для вас подходящим терапевтом.

 

Школы: застряли посередине

 

Школы занимают неудобное положение в случаях отчуждения. Учителя и директора школ видят вашего ребенка ежедневно. Они замечают изменения в поведении, эмоциональном состоянии и вовлеченности. Возможно, это одно из немногих учреждений, которое имеет регулярный и прямой контакт с ребенком. И все же они крайне плохо подготовлены к тому, чтобы отреагировать на то, что наблюдают.

Причины структурные. Школы обязаны поддерживать отношения с обоими родителями. Их не обучают распознавать отчуждение. Они часто получают противоречивые инструкции от каждого родителя и по умолчанию следуют пожеланиям родителя-резидента, потому что это проще. Если отчуждающим родителем является тот, кто заходит и забирает ребенка, посещает родительские вечера и общается с учителями — он по умолчанию становится основным контактным лицом школы. Вы можете оказаться отстраненными от информации, событий и решений, касающихся образования вашего ребенка.

Некоторые отчуждающие родители активно вовлекают школу в отчуждение родителя — говорят учителям, что с вами нельзя связываться, что ребенок вас боится или что существует проблема безопасности. Школы, которые, как и следовало ожидать, с осторожностью относятся к любым вопросам защиты детей, склонны ошибаться в пользу родителя, подающего жалобу. Это может привести к тому, что учреждение, которое  обучает ребенка, будет относиться к вам как к угрозе вашему собственному ребенку.

 

Социальные службы: усталость от расследований

 

Социальные службы —CAFCASS в Англии и Уэльсе, Tusla в Ирландии, Veilig Thuis в Нидерландах и их эквиваленты в других местах часто вовлекаются в дела об отчуждении родителя посредством обращений в суды или непосредственно от отчуждающего родителя. Теоретически квалифицированный социальный работник должен уметь определять отчуждение. На практике этому препятствуют несколько факторов.

Социальные работники перегружены. Их обучают в первую очередь выявлению риска физического вреда или пренебрежения, а не тонкой психологической динамике отчуждения родителя. Их оценки во многом зависят от того, что говорит ребенок, который в случае отчуждения отражает рассказ отчуждающего родителя. И они сталкиваются с институциональным давлением, требующим быстрого закрытия дел, что благоприятствует пути наименьшего сопротивления: если ребенок говорит, что не хочет вас видеть, самая простая рекомендация - уважать желания ребенка.

Повторные обращения отчуждающего родителя также создают «усталость от расследования» (Харман и др., 2018). Документируйте, как серийные необоснованные жалобы со стороны отчуждающего родителя становятся тактикой: после третьего или четвертого отклоненного направления специалисты могут начать посматривать на вас с подозрением просто потому, что ваше имя продолжает появляться в системе, независимо от того, что каждая жалоба была необоснованной.

 

Полиция: ограничения правоприменения

 

Когда нарушается постановление суда — когда отчуждающий родитель отказывается передать ребенка для контакта или когда выдвигаются ложные обвинения в предотвращении контакта — многие отчужденные родители обращаются в полицию. Результат почти всегда разочаровывает.

Сотрудники полиции не имеют подготовки в области семейного права. Они, как правило, отказываются «ввязываться в гражданское дело» Даже если постановление суда существует, полиция может отказаться его исполнять, посоветовав вам вместо этого вернуться в суд. Это создает круговую ловушку: суд выносит постановление, отчуждающий родитель его игнорирует, полиция не будет его исполнять, и вы должны вернуться в суд — где проходят месяцы, прежде чем что-либо произойдет.

В случаях, когда ложные обвинения в жестоком обращении или домашнем насилии выдвигаются в качестве тактики отчуждения, которые Бейкер и Дарналл (2006) обнаружили примерно в 40% случаев отчуждения родителя, реакция полиции может быть разрушительной для целевого родителя. Обвинение запускает формальный процесс, на разрешение которого могут уйти месяцы. В течение этого времени контакт с ребенком может быть приостановлен. Даже если обвинение будет признано необоснованным, запись существует и на нее можно будет ссылаться в будущих разбирательствах.

Почему учреждения не в состоянии бороться с родительским отчуждением?

 

Во всех этих учреждениях —судах, медицинских учреждениях, школах, социальных службах, полиции — есть общие черты, объясняющие, почему отчуждение родителей так плохо выявляется. Харман, Крук и Хайнс (2018) определили отчуждение родителя  как форму насилия в семье, которая остается невидимой для систем, предназначенных для выявления физического вреда, наносимого отчуждением.

 

Почему учреждения не в состоянии обнаружить отчуждение родителей
Чего ожидают учреждения	Как выглядит отчуждение
Видимый вред у ребенка (синяки, пренебрежение, недоедание)	Никаких видимых признаков — ребенок, по-видимому, процветает под опекой отчуждающего родителя
Ребенок — жертва, которую нужно защитить	Ребенок активно отстаивает позицию отчуждающего родителя
Отдельный инцидент или событие для расследования	Закономерность, которая становится видимой только через месяцы или годы
Жестокий родитель выглядит угрожающим	Отчуждающий родитель представляет себя сотрудничающим, красноречивым и разумным
Жертва выглядит спокойной и заслуживающей доверия	Целевой родитель выглядит злым, расстроенным или отчаявшимся — что интерпретируется  как «нестабильный», психически неуравновешенный

 

Это несоответствие между тем, что учреждения обучены обнаруживать, и тем, как на самом деле выглядит отчуждение родителя, является основной причиной сбоя системы. Это не злой умысел. Это конструктивный недостаток — система, созданная для решения одного типа проблем, сталкивается с совершенно другим типом.

 

Медленная волна перемен

 

Нет оснований предполагать, что институциональный ландшафт быстро изменится. Этого быстро не произойдет. Но он меняется — и направление движения имеет значение.

В Великобритании CAFCASS начала разрабатывать специальные рекомендации по отчуждению родителя. Совет по семейному правосудию опубликовал исследовательские отчеты, признающие это явление. Некоторые судьи судов по семейным делам, хотя их недостаточно, но их число растет,  делают убедительные выводы об отчуждении родителя и выносят постановления о переносе места жительства или терапевтическом вмешательстве.

На международном уровне картина неравномерна, но движется вперед. Бразилия приняла специальное законодательство против отчуждения родителей (Закон № 12.318/2010). Несколько штатов США приняли или приняли законы, направленные на решение этой проблемы. Европейский парламент признал это формой насилия в семье. Австралия, Канада и некоторые регионы Европы разрабатывают специализированные инструменты экспертизы  и программы подготовки судей.

Исследовательская база растет. Работы доктора Эми Бейкер, доктора Уильяма Бернета, доктора Дженнифер Харман  и других исследователей дали профессионалам язык и структуру, которых не существовало двадцать лет назад. Группа по изучению отчуждения родителей (PASG) предоставляет ресурсы и обучение специалистам по всему миру.

Ничто из этого не поможет вам сегодня разрешить ситуацию с вашим отчужденным ребенком. Но это важно. Ландшафт  меняется — медленно, неравномерно, раздражающе медленно—, но он меняется. И каждый родитель, который документирует свой опыт, взаимодействует с системой с ясностью и доказательствами и отказывается молчать, способствует этому изменению.

 

«Система не работает. Но это не единственное, что определяет результат. Ваша последовательность, ваша документация, ваш отказ сдаваться — все это имеет значение. Не потому, что система вознаградит ваши усилия  немедленно. Но потому что ваш ребенок в конце концов их оценит»

 

Литература

 

1. Baker, A. J. L. (2007). Adult Children of Parental Alienation Syndrome: Breaking the Ties That Bind. W.W. Norton. amyjlbaker.com
2. Baker, A. J. L., & Darnall, D. (2006). Behaviors and strategies employed in parental alienation. Journal of Divorce & Remarriage, 45(1-2), 97–124.
3. Bernet, W., Gregory, N., Rohner, R. P., & Reay, K. M. (2020). Measuring the difference between parental alienation and parental estrangement: The PARQ-Gap. Journal of Forensic Sciences, 65(4), 1225–1234. doi:10.1111/1556-4029.14300 · Measurement instrument supporting the Five-Factor Model.
4. Bernet, W., & Greenhill, L. L. (2022). The Five-Factor Model for the diagnosis of parental alienation. Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry, 61(5), 591–594. DOI: 10.1016/j.jaac.2021.11.026 · PMID 34929321 · Summary · Current diagnostic gold standard.
5. Bow, J. N., Gould, J. W., & Flens, J. R. (2009). Examining parental alienation in child custody cases: A survey of mental health and legal professionals. The American Journal of Family Therapy, 37(2), 127–145. DOI: 10.1080/01926180801960658
6. Fidler, B. J., & Bala, N. (2010). Children resisting post-separation contact with a parent: Concepts, controversies, and conundrums. Family Court Review, 48(1), 10–47. DOI: 10.1111/j.1744-1617.2009.01287.x
7. Gardner, R. A. (1998). The Parental Alienation Syndrome: A Guide for Mental Health and Legal Professionals (2nd ed.). Creative Therapeutics.
8. Harman, J. J., Kruk, E., & Hines, D. A. (2018). Parental alienating behaviors: An unacknowledged form of family violence. Psychological Bulletin, 144(12), 1275–1299. PubMed
9. Harman, J. J., Leder-Elder, S., & Biringen, Z. (2016). Parental alienation: Targeted parent perspective. Journal of Family Issues, 37(18), 2522–2543.
10. Lei nº 12.318 de 26 de agosto de 2010. Dispõe sobre a alienação parental. Diário Oficial da União, Brazil.

 

 

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

ВРЕД, НАНОСИМЫЙ РЕБЕНКУ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ОПЕКИ И ДРУГИМИ СПЕЦИАЛИСТАМИ НЕЗНАНИЕМ PAS

«ВЕРЬТЕ ДЕТЯМ»

ДОКТОР СТИВЕН МИЛЛЕР ОБ ОШИБКАХ ЭКСПЕРТОВ В СЛУЧАЯХ ОТЧУЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЯ

ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС. ТРЕБОВАНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ

АДВОКАТ ЕВГЕНИЙ ТАРАСОВ О НАЦИОНАЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЯХ СУДЕБНЫХ СПОРОВ О ДЕТЯХ

ДОКТОР РИЧАРД ГАРДНЕР. РОЛЬ СУДА В РАЗВИТИИ СИНДРОМА РОДИТЕЛЬСКОГО ОТЧУЖДЕНИЯ (PAS)

АДВОКАТ ЖАН ПАНЬЕ. ФРАНЦУЗСКИЕ СУДЫ ПЕРЕД ЛИЦОМ РОДИТЕЛЬСКОГО ОТЧУЖДЕНИЯ