ДОКТОР РИЧАРД ГАРДНЕР. ТРИ УРОВНЯ ИНДУКТОРОВ PAS. ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА И МЕНЕДЖМЕНТ

            Ричард Алан Гарднер (28 апреля 1931 - 25 мая 2003 г.) профессор клинической психиатрии в Колумбийском университете, где он работал  с 1963 года до своей смерти. Известен как талантливый детский психиатр и ученый, открывший и описавший «синдром отчуждения родителей» (PAS). Гарднер занимал должность аккредитованного профессора психиатрии в отделении детской и подростковой психиатрии Колумбийского университета. В течение своей научной карьеры он опубликовал более 40 книг и 250 статей в различных областях детской психиатрии и управлял компанией Creative Therapeutics, Inc., которая продавала материалы, основанные на его теориях. Ричард Гарднер активно работал в области судебной психиатрической экспертизы, где в качестве эксперта делал заключения более чем в 400 судебных процессах.

            Исследование  Гарднером «синдрома родительского отчуждения» (Parental Alienation Syndrome) было сосредоточено на том, как один из родителей может злоупотреблять своей властью над ребенком, используя недопустимые формы психического насилия и психологической манипуляции. Ричард Гарднер был пионером в области, которую до этого никто не исследовал так тщательно и скрупулезно.  

ТРИ УРОВНЯ ИНДУКТОРОВ PAS. ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА И МЕНЕДЖМЕНТ 

Источник https://www.researchgate.net/publication/291839762_The_three_levels_of_parental_alienation_syndrome_alienators_Differential_diagnosis_and_management

Опубликовано: январь 2004 г.

Ричард А. Гарднер, доктор медицины

            В юридической литературе и литературе по психическому здоровью общепризнано наличие у детей трех уровней синдрома отчуждения родителей (PAS). Было также общепризнано, что три уровня имеются ук степени отчуждения детей. Однако степень, воздействия  отчуждающих родителей на детей не была определена. Целью данной статьи является предоставление критериев для разделения отчуждающих родителей по уровням воздействия на детей, а именно, легкий, умеренный и тяжелый. Точно так же, как разграничение уровней психических нарушений у детей важно, поскольку эксперты  должны дать надлежащие рекомендации судам в отношении терапии и опеки детей, аналогичное различие между отчуждающими родителями может быть таким же полезным, если не критическим.

            История медицины - это, в некотором смысле, история нашей способности вносить уточнения в диагностические различия. Одна из главных причин, по которой Гиппократ считается «отцом медицины», заключается в том, что он обладал уникальной способностью проводить такую диагностику. До этого  времени люди страдали с «приступами». Он признал, что были разные виды припадков. Те, кто путешествовал через застойные болота и вдыхали то, что он считал «плохим воздухом», считались страдающими малярией. Другие считались одержимыми силами извне тела. У этих людей была диагностирована эпилепсия, то есть у них были судороги ( лепс ) сверху ( эпи ). Третьи (особенно женщины), как полагали, имели приступы, связанные с блуждающими  матками ( hysteros ). Таким женщинам ставили диагноз истерия .Чем больше у человека способности различать типы заболевания, тем эффективнее можно его  лечить. Здесь я применяю тот же  принцип к отчуждателю  (индуктору PAS), который я применял ранее к детям PAS.

            Я, конечно, не первый, кто пытается сделать эту классификацию. Дуглас Дарнелл (1) описал три типа отчуждателей: наивный отчуждатель, активный отчуждатель и одержимый отчуждатель. Я не считаю  его классификацию полезной. Еще до того, как выяснить, что это были за три типа, я сомневался, что есть только три типа. То, что он сделал, это то же самое, что сказать, что существует три типа женщин, три типа мужчин, три типа мальчиков и три типа девочек. Есть много типов. Фактически, типов, вероятно, сотни со значительным перекрытием. Соответственно, я не пытался разделить PAS-отчуждателей на конкретные типы. Скорее, я делю их на уровни с полным пониманием того, что может быть прогрессирование от легкой до умеренной к тяжелой степени, так же как может быть аналогичное развитие для уровней, наблюдаемых у детей с PAS.

            Принимая во внимание, что диагноз PAS основан на уровне симптомов у ребенка, решение суда о переводе ребенка на другое место жительства  должно основываться главным образом на уровне симптомов у отчуждателя  и только во вторую очередь на уровне симптомов PAS у ребенка. Соответственно, так же, как важно, чтобы эксперт сделал точную оценку уровня отчуждения ребенка PAS, так же важно, чтобы эксперт должным образом дифференцировал три уровня отчуждателей  PAS. Как и в случае с ребенком, эксперты  должны различать  симптомы отчуждателя  как непрерывные: от слабых до умеренных и до тяжелых. Они должны также признать, что могут быть колебания назад и вперед вдоль этого континуума. Это особенно важно, поскольку судебные слушания становятся неизбежными и длительными. В это время отчуждающий родитель может перейти от серьезного к умеренному уровню и даже к легкому от признания того, что его отчуждающее поведение  с большей вероятностью будет доведено до сведения суда. Эксперты, которые знают об этом явлении, должны довести это до сведения суда и подчеркнуть тот факт, что в прошлом отчуждатель находился  на умеренном или серьезном уровне, и нынешнему умеренному уровню отчуждения нельзя доверять. После судебного слушания весьма вероятно, что отчуждатель вернется к более интенсивному уровню и даже улучшит идеологические приемы «промывания млзгов» детям.

Общая характеристика личности индукторов PAS

            Когда я впервые начал встречаться с пациентами с PAS, в начале 80-х годов большинство индукторов  были матерями. Однако в середине 1990-х годов я увидел гендерный сдвиг, все больше отцов становились отчуждателями. В другом месте (2) я описал причины этого сдвига. В последние несколько лет мой опыт показывает, что отцы, как и матери, в равной степени становятся идеологами PAS. Соответственно, личностные характеристики, описанные в этом разделе, в основном относятся как к матерям, так и к отцам. Однако среди них есть несколько имеющих  гендерное преобладание.

            Во-первых, важно отметить, что характеристики, описанные здесь, могут проявляться в минимальной степени на умеренном уровне отчуждения, но со временем, вероятно, произойдет переход от умеренного к серьезному уровню. В ходе этой прогрессии, вероятно, будут развиваться и усиливаться эти качества и добавление новых характеристик, которые, возможно, ранее не проявлялись. Чем больше характеристик присутствует, тем больше вероятность того, что родитель перешел на средний  и даже на серьезный уровень индуктора PAS. Читатель может заметить, что тот же принцип применим к детям PAS, которые, вероятно, будут прогрессировать от легкой до умеренной и до тяжелой степени, и наиболее важным фактором, способствующим такому прогрессированию, является продолжительность внушения, особенно в течение продолжительного времени судебного  разбирательство по делу об опеке ребенка.

ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ. ИСТОРИЯ СЕМЕЙНОЙ ВОЙНЫ АЛЬБЕРТО ТАНА

Хочу познакомить читателей с историей ужасной «семейной войны»  Альберто Тана – крупного бизнесмена из Италии. Его история «семейной войны» за дочь обошла все таблоиды Италии. Я считаю, что с этой историей нужно познакомиться каждому, кто вступает в такую войну, чтобы осознать что его может ожидать в будущем, чтобы понять, что это война не до первой крови, а до смерти. Перевод  с сокращениями сделан мной  по статье из крупной газеты Италии «REPUBBLICA»:

http://www.repubblica.it/cronaca/2015/03/26/news/alberto_tana_processo-110293702/

            Эта история демонстрирует все возможные искушения, которые могут выпасть на долю мужчины и отца в жестокой и беспощадной семейной войне за ребенка..

                                          Альберто Тана

Его бывшая жена, обвиняемая в сексуальном насилии и жестоком обращении со своей  маленькой дочерью, продаже кокаина, была задержана по решению суда. Бывший президент Римской фондовой биржи был признан невиновным в 1996 году, после того как  его дочь  Каролина обвинила его публично в суде в сексуальном насилии.  Она недавно раскаялась в клевете на отца и ищет встречи с ним.  19 лет спустя он говорит: «Боль научила меня не терять времени»

 26 марта 2015 г.

Есть невероятные жизни. Где эффект домино вызывает землетрясение. Рассказ Энцо Альберто Тана об этом, а не о мести, о поиске истины, за которую он сражался. Альберто  Тана надеется, что эта история я будет кому-то полезна. Особенно сейчас, когда призраки возвращаются, чтобы стучать и снова становятся новостями в телевизионных программах. «Я перечитываю и слушаю неточные версии того, что я пережил», - объясняет он. У него улыбаются глаза, но нет желания отвечать, у его истории есть определенное начало и окончательный эпилог, никакого продолжения не ожидается.

Бывший президент Римской фондовой биржи, богатый и влиятельный человек. Сегодня Альберто Тана ходит с прямой спиной, он высокий, худощавый, гордый, изящный. Истина восторжествовала, потребовалось более десяти лет, после того, как в 90-е годы его бывшая жена, обвинила его в сексуальном насилии и жестоком обращении с четырехлетней дочерью. Он был привлечен к суду, лишился возможности увидеть свою дочь.

Его невиновность - это победа правосудия. «Если только один читатель получит помощь от этих страниц, чтобы преодолеть трудные дни в своей жизни, моя цель будет достигнута», - пишет он в книге « Il buio nel occhi» - «Вина быть невиновным» (Sovera edizioni, 2013, 171 pp. 14 евро). «Я был известным профессионалом, - начинает он. Как начинаются  все сказки – «жил-был король».

Начало его истории -  1980 год. Неизбежная ошибка мужчины - самый тривиальный и смертоносный вид красивой женщины.  «Взгляд, полный загадок, но как бы лишенный света». Мужчины часто ошибаются и падают в пропасть, потому что они отказываются читать сигналы, которые приходят к ним», - пишет Тана.  Он не оправдывает себя.  Ее зовут Аврора, фамилии Тана он никогда не упоминает по-джентльменски, не ища мести.  Аврора доступна, Аврора наивна, Аврора, которая хотела сына, Аврора, которая сначала стала его женой, а затем матерью Каролины, любимой дочери.  Дочери, которая  потом  обвиняла его в сексуальных домогательствах в книге «Лжец, Насилие отца, насилие закона».

Его невероятные истории заслуживают фильма.  Их слишком много: Все необходимое для увлекательного сценария имеется.  Тана был богатым и успешным человеком, эпоха восьмидесятых, красивые и необдуманные поступки.  Любовь к изящному, путешествиям, картинам, плавательным бассейнам, интеллектуальной  среде и друзьям из  Аниенского гребного клуба, который оставался всегда рядом с ним, даже в те ужасные годы.  Его книга посвящена им, его «второй семье» и тому клубу, где он все еще бывает каждый день.  Он сидит на диванах и чувствует себя как дома.  На автостоянке Aniene возле клуба случилось  так, что в 1996 году подъехала машина и из нее кто-то выстрелил ему по  ногам.  Тогда на улице было темно.  Раненый Тана дополз до лестницы Клуба, но те, кто проходили мимо него, думали, что он, как всегда, шутит.  Тана прощает всех.  Они улыбались, пока он истекал кровью.  Некоторое время спустя  поставили фонарь, чтобы осветить ту улицу ночью  «маяк Тана».  Он улыбается, когда рассказывает о той ночи, когда  наняли гангстера, чтобы убить его.

Книга и его жизнь вращаются вокруг его дочери Каролины. Тана называет ее «Паллетта» из-за пухленького лица.  Остальное - это история, которая происходит, как тысяча похожих.  Пара, которая ссорится, развод, последняя попытка примирения, окончательный развод.  И начало войны  Тана - это близость смерти.  Угроза Авроры: «Помните, что если в один прекрасный день вы разведетесь со мной, с этого момента вы больше не увидите свою дочь, и судья вам не поможет, а только я».  Проходят месяцы, которые становятся годами.  Тана начинает бой, чтобы увидеть свою дочь, мать делает все, чтобы предотвратить это.

Атака бывшей жены.  Аврора разделяет дом. Слушания в суде подходят к определению места жительства ребенка: «Девочка  не может быть отдана под опеку отцу, потому что он совершил серьезные сексуальные преступления над ней».  И снова.  «Дорогой Альберто, я хотела сказать вам, что если вы не приобретете для меня новый особняк, я смогу посадить  вас за насилие и сексуальные преступления над вашей дочерью».  «Жил-был король». А теперь  Тана - педофил.  «Моральные страдания от судебных процессов по ложным обвинениям шокируют», - говорит он.

Процесс.  «Так начался процесс, меня  обвиняла в преступлениях  родная дочь, будто бы я избивал ее, заставляли смотреть порнографические журналы и фильмы, носил ее по ночам к проституткам и трансвеститам. Я стал алкоголиком и наркоманом, а также  сексуальным маньяком, неврологические заболевания также были приписаны мне, как психически больному монстру (по-русски ублюдку, упырю)».  Но еще одно испытание стоит за закрытыми дверями. Защита доверена адвокату Лучано Равелю, также члену «Аниене». 

11 ноября 1994 года Каролина, «Паллета», 12 лет от роду, вызывается для дачи показаний в суд.  Она садится, называет его по фамилии «Тана», повторяет все обвинения в сексуальном насилии в течение 50 минут.  «Я испытывал самые ужасные страдания за свою жизнь, и я испытал душевное отчаяние», - говорит Тана.  Однако адвокат Равель шаг за шагом опровергает все обвинения.  В 1995 году, к концу процесса Аврора подкупает сержанта полиции, чтобы подбросить в машину Тана фунт кокаина и фотографии детской порнографии. План терпит неудачу, преступники  были обнаружены и осуждены.  Вы приходите к Кассации.  Однажды в интервью Каролина добралась до отца и плюнула ему в лицо.  Но ничего не произошло, потому что Тана был невиновен.

Оправдательный приговор.  Через четыре года с начала процесса, 27 февраля 1996 года приходит «оправдание, полное и окончательное  освобождение».  Президент Седьмой уголовной секции Римского суда «освобождает Тану Энцо Альберто от обвинений в преступлениях, приписываемых ему, из-за отсутствия доказательств».  Приговор составляет 77 страниц, девушка (Каролина) описана как «робот (зомби) в руках матери».  «На самом деле, - продолжает Тана, - внутри меня моя дочь умерла для меня в тот же миг, когда она назвала меня по фамилии «Тана».  

                                              Дочь Альберто, Каролина Тана

Но это не конец.  Через 4 года, в 2000 году,  после оправдательного  приговора вышла первая книга Каролины. «Лжец. Насилие отца, насилие закона». Несмотря на широкое освещение этого  дела в газетах, книга рекламируется повсюду.  Никто не слышит версию Альберто Тана.  В интервью Repubblica он описывается как «червяк внутри стен дома».  Каролина пишет: «К настоящему моменту я решила рассказать всю правду об этой истории, потому что никто не хотел  вникать в то, что происходит внутри стен красивого дома».  И снова.  «Есть человек, которого считают невиновным, но я надеюсь, что он сможет осознать зло, которое он сделал  мне».  Затем она продолжает: «Мне было четыре года в тот первый раз».  Остальное - это описание  мельчайших подробностей происходившего вместе  с предисловием известного адвоката.  Книга была изъята из продажи  16 ноября 2001 года по судебному постановлению Гражданской секции Неаполя, которая объявила ее порочащей  репутацию и достоинство Альберто Тана. 

                                            Арест Авроры Перейра Ваз

Новые заголовки газет:  Аврора Перейра Ваз снова вышла замуж, на этот раз за очень богатого предпринимателя Данило Чеммелло, 1946 года рождения, короля гравия, из Сандриго (Виченца).  С ним у нее родилась  другая дочь, девочка попала в газеты, когда следователи обнаружили, что она привязана к кровати, недоедает, вынуждена спать без пижамы.  «Как животное», - скажут следователи в конце следствия.  Каролина была единственной, кто сообщил об этом. Теперь эти двое находятся в тюрьме за жестокое обращение с ребенком, а также за попытку вымогательства у родителей Мэдди , 4-летней английской девочки, которая исчезла из гостиницы в Португалии.  Каролина раскаялась в клевете на отца и ищет прощения.  Она опубликовал новую книгу, «Клянусь говорить правду и ничего, кроме правды» (Edizioni Alpes Italia, стр. 188, евро 15), диаметрально противоположную первой, которая  заканчивается следующим образом: «Я так надеюсь, что мой любимый папа, которого я держала за руку ребенком, мой герой, который, несмотря на мое предательство, почти убитый клеветой, сможет однажды простить меня и прочитать мою правду ».

«Жил-был король».  Энцо Альберто Тана невиновен.  Но он потерял годы жизни, деньги и дочь, о который он не говорит, потому что теперь он больше ей не верит.  «Я сохранил свои идеалы, чтобы встретить старость безмятежно, я оценил свой опыт, чтобы рассказать об этом тем, кто в нем нуждается, и, в конце концов, мои глаза, после такой тьмы  и ужаса отчаяния, стали широко открыты для света»   Его история окончена, но ее персонажи остались привязанными к этому кошмару, они остаются там, как главные герои кошмарного сна.

СВИДЕТЕЛЬСТВО КАРОЛИНА ТАНА О ПРОИСШЕДШЕМ

Издание PANORAMA в статье «Каролина Тана: «Я борюсь с родительским отчуждением» (https://www.panorama.it/news/oltre-cronaca/carolina-tana-combatt) рассказывает следующее:

Каролина говорит: «Я больше не прошу прощения у отца, я уже это сделала, и даже если его прощения пока не было, я надеюсь встретиться с ним в один прекрасный день.  Сегодня я сражаюсь с адвокатом Джулией Буоньорно, потому что отцовство родителей становится преступлением, наказуемым по закону, как преступление».

История

 Каролина Тана в возрасте восьми лет оклеветала в суде  своего отца Альберто, президента Римской фондовой биржи, в сексуальном насилии.  Маленькой девочкой манипулировала ее мать Аврора Перейра Ваз, очаровательная и безжалостная женщина, которая, после развода со своим  мужем, пыталась погубить его.  Альберто был оправдан  в конце 90-х годов за отсутствием доказательств, но Аврору это только еще больше обозлило, она  привлекла к своей «семейной войне» с бывшим мужем нового сожителя Данило Чемпелло. Они заплатили двум коррумпированным полицейским и частному детективу, чтобы убить  Альберто перед клубом Canottieri Aniene в Риме.

История закончилась арестом Перейры Ваз и ее компаньона за жестокое обращение с двумя детьми.

«Я хочу избавиться от своего прошлого»

 «Я не знаю, что случилось с моей матерью» продолжает Каролина: «Мне все равно, я даже не знаю, выбралась ли она из тюрьмы, единственное, что имеет значение для меня, - это избавиться от моего прошлого и бороться за детей, ставших жертвами ужасных и мстительных матерей».

Каролина Тана, ребенок, которым манипулировала мать с целью мести отцу,  и мужественная женщина, восстает против мучений, которые она «причинила»  бессознательно, решив посвятить свой социальный бой, жертвам оскорблений (родителям-жертвам) и детям, которыми манипулируют и которые вынуждены лгать, часто по экономическим причинам или по принуждению из-за  войны между родителями.

 Каролина - девушка тридцати лет, красивая, жаждущая счастья, много пережившая.  В некоторые моменты она проявляет нетерпение и не понимает, почему ее история причинила ей столько боли.

Тем не менее отец не решается заговорить с ней, она надеется, что  в конце концов это произойдет: Многие  говорят, что страх возврата прошлого  сильнее любви к дочери.

Другое издание,  AVVENIRE https://www.avvenire.it/attualita/pagine/ho-ferite-non-rimarginate-ma-ora-mi-batto-per-aiutare-chi-come-me-stato- пишет следующее об этой истории.

«Отчуждение родителей существует.  Я все еще ношу душевные раны, потому что я была в то же время и предателем и жертвой этой ситуации».  Каролина Тана была в центре ужасного судебного дела, которое длилось более десятилетия.  Ей было всего восемь лет, когда ее с помощью психологической манипуляции заставила ее мать оклеветать  ее отца Альберто, президента Римской фондовой биржи, в сексуальном насилии.  Все это было ложью и в конце концов отец был полностью оправдан.  Но мать Аврора Перейра Ваз после развода искала другие способы борьбы с ее супругом.  Со своим новым партнером Данило Чеммело она наняла трех убийц для своего  бывшего  мужа.

Как закончилась история?

С арестом моей матери и ее партнера.  После первого осуждения и после выхода из тюрьмы они были осуждены за попытку вымогательства у родителей Мадлен Мак Канн, более известной как «маленькая Мэдди», похищенной в Португалии во время отпуска с родителями.

Как они участвовали в этом деле?

Они пытались получить вознаграждение от  миллионера, убеждая  родителей ребенка верить в то, что у них есть важная информация.

Ужасная  история. Вернемся к вашей  битве против родительского отчуждения. Какова цель?

 После долгих тяжелых психологических и физических страданий я хочу предоставить  свой страшный опыт для  помощи тем, кто испытывает такие  ситуации.  Вот почему я путешествую по Италии, представляя свою автобиографическую книгу - «Клянусь говорить  правду и ничего, кроме правды» (Edizioni Alpes Italia), которая недавно вышла из печати и поддерживает законопроект о родительском отчуждении, представленный адвокатом Боньорно.  Но не только.  Я также участвую в проекте, направленном на повышение осведомленности об этой страшной проблеме семьям и учреждениям проблеме с помощью психологических знаний.

Почему вы теперь считаете важным распространять знания об отчуждении родителей?

 Отчужденный и подвергшийся психической манипуляции  ребенок имеет в будущем серьезные психофизические последствия.  Но в Италии почти ничего не известно об этой проблеме.

Как вы думаете, кому нужно объяснять, что отчуждение родителей существует?

 Например, учителям.  Они могут замечать проблемы детей, которые являются отчуждаемыми детьми и сообщать об этом психологу.  Таким образом, эти дети  смогут получить помощь, которой я была лишена.

Никто не помогал вам во время многочисленных допросов, на которые вы вызывались?

 Казалось, что вся судебная система забыла, что я всего лишь ребенок.  Они расспрашивали меня в присутствии моей матери, которая оказывала на меня психологическое давление.  И когда она забрала меня за границу и заставляла меня не посещать  школу, не было ни одного судьи, который бы заинтересовался  тем, почему я больше не посещаю занятия.

Какие выводы  вы сделали из происшедшего с вами?

 Страдания, которые я даже не запомнила.  Я написала все в своей книге.  На самом деле это дневник, который я написала в те годы.  Я думала об этом издании, когда мой отец представил свою книгу.  Не в качестве спора с ним, а в качестве доказательства его правды.  И теперь я хотела бы встретиться с ним, объяснить все лично, даже если я уже сделала это через страницы моей книги.  Но на данный момент он не хочет этого.  Он написал, что я умерла в его сердце, потому что у него больше нет сил вынести  столько боли.  Но если он позвонит мне, я подбегу к телефону.

А вот некоторые замечания из статьи издания  IL FATTO QUOTIDIANO    (https://www.ilfattoquotidiano.it/2015/02/19/caterina-tana-dice-verita/1435080/).

Сегодня ей 31 год, но еще будучи подростком она стала публично известной, когда  сначала обвинила своего отца в сексуальном насилии в суде, а затем еще и в  автобиографической книге.  Ее отец бывший президент Римской фондовой биржи Альберто Тана, как говорят, близок к Джулио Андреотти, видному политику римского высшего класса. Эхо газет и телевидения по поводу этого скандала было очень широким. 

В новой книге Каролина объясняет, что на самом деле произошло, когда она была подростком, находящимся в полной власти злобной матери. «Я прекрасно  понимаю, что после того, что я сказала в суде, и в первой автобиографической книге о своем отце, будучи несовершеннолетней, моя репутация больше не существует», поясняет  Каролина Тана в журналу FQ Magazine.

.           «В этой новой книге я рассказываю всю правду, только правду.  Список неоспоримых фактов, например, о том, что я осуждаю свою мать за то, что она сделала, и заставила меня сделать, когда я была ребенком.  И, прежде всего, это мой личный подарок моему отцу, способ восстановить его опороченную репутацию».

Лживая и жестокая миссис Аврора Перейра Ваз встречается в начале восьмидесятых годов и выходит замуж за Альберто Тана на пике его карьеры.  Оказалось, что женщина выдавала себя за принцессу или дочь губернатора Анголы. Ложь.  Но ее пленяющая  красота очаровывает Альберто. Его дальнейшая жизнь с Авророй становится  адом. Женщина хочет всего только для себя. Они разводятся, и Аврора  начинает жизнь с новым спутником - Данило Чемелло,. богатым промышленником-миллиардером из Виченцы. Начинается  жизнь в необузданной роскоши.  Пятизвездочные отели между Каннами, Гамштадтом и Лондоном.  Мы находимся в 1992 году. Это год дьявольского плана, чтобы заставить девушку обвинить ее отца (называемого «монстром») в сексуальном насилии.

«Моя мать и ее новый партнер заставили меня сказать то, что они хотели.  Ребенок вы чист и наивен», - продолжает автор книги.  «На меня оказывали сумасшедшее психологическое насилие.  В подростковом возрасте у вас недостаточно физических и психических сил, чтобы реагировать и, возможно, убежать. Лживость моей матери – ее хлеб насущный.  Вы знаете, как это произошло до слушания моего отца на суде?  Они промыли мне мозги и публично объявили фальшивое обвинение, я была марионеткой в их руках».  «Мне хотелось бы подойти к отцу физически хоть на мгновение, чтобы попросить у него прощения.  Я даже попыталась зайти к нему домой, но не пустил меня к себе».

АДВОКАТ О СЕМЕЙНОЙ  ВОЙНЕ АЛЬБЕРТО ТАНА

В интервью еженедельному журналу «Панорама», опубликованному в газете «Либеро», известный адвокат- Аннамария Бернардини Де Паче наконец рассказывает правду о драматической ситуации, с которой сталкиваются  итальянские мужчины после развода. Аннамария Бернардини Де Паче – «королева адвокатов» Италии по разводам. Всякий раз, когда движение за права мужчин пытается привлечь внимание к этой важной и скандальной теме,  феминистки сразу же кричат о  лжи и шовинизме.  На этот раз говорит опытнейший семейный адвокат, который никак не может быть причислен к  мужским шовинистам.

Что же нового раскрывает адвокат?  Ничего нового из того, что  мужское сообщество высказывало уже ранее много раз.  Система судебных  разводов для итальянских мужчин - настоящая пытка, которая их унижает, оскорбляет и полностью разрушает их достоинство.  Машина правосудия зависит  исключительно от мнения женщин, которые часто используют эту выгодную ситуацию для  осуществления настоящей вендетты.  Бернардини Де Паче утверждает, что

«Есть мужчины, заложники женщин, зависящих от звонка сотового телефона, мужчины, рабы женщин, которые ничего не знают о своих детях».

И продолжает еще более жестко: «Сегодня многие жены стали гадюками, гиенами, монстрами.  И их мужья их жертвы».

Каролина Тана, дочь Альберто Тана, бывшего президента Римской фондовой биржи, стала жертвой такой дьявольски злой и безжалостной бывшей жены, которая даже с соучастием некоторых должностных лиц построила вероломный план по уничтожению репутации своего мужа.  Каролина Тана сообщает, что ее мать плакала, когда лгала, обвиняя ее отца в фальшивых сексуальных домогательствах в отношении ее  дочери Каролины..

«Они промыли мне мозги и публично оклеветали отца, я была марионеткой в их руках»

Вся пресса в то время верила словам несовершеннолетней девочки, не сомневаясь даже на мгновение в правдивости сказанного.

«Моя мать и ее новый партнер заставили меня сказать то, что они хотели. Ребенок чист и наивен, им легко манипулировать».

Печальная, драматичная история. История, как и многие другие, которые происходят каждый день, и которые жертвами которых становится множество мужчин, отцов, бессильных, безмолвных, ставших жертвами суеверия, ложных взглядов общества, виновных в наличии пениса между ног. Судебная система, идеологически ориентированная, не хочет исследовать, действительно ли то, что было сказано обвинителем, соответствует истине или это ложь. Сложная система, которая управляет разводами, исходит из предположения, что мужчина всегда виноват, и в большинстве случаев дети и супружеский дом отбираются от отцов, обреченных на содержание женщины. История Каролины Тана является ударом для всех радикальных феминисток, которые отрицают ложные обвинения со стороны женщин в отношении бывших мужей и ужасы родительского отчуждения.

Адвокат Бернардини Де Паче рассказывает, что если несколько лет назад большинство ее клиентов были женщинами, то сегодня 70% людей, которые обращаются к ней, являются мужчинами. «Это тенденция, которая сначала крайне удивила меня, - объясняет она Панораме, но потом я поняла: сегодня настоящими жертвами являются мужья, и правда в том, что после преобразований, которые сделали нас более цивилизованной страной, женщины стали злобными и свирепыми».

ДОКТОР АЙРА ТУРКАТ. СИНДРОМ ЗЛОБНОЙ МАТЕРИ, СВЯЗАННЫЙ С РАЗВОДОМ

                             Доктор Айра  Даниэль Туркат специализируется на семейных судебных делах, включая опеку над детьми, отчуждение родителей, ложные обвинения, переселение, враждебный развод, разрушение отношений и связанные с этим вопросы. Доктор Туркат консультирует  лучших адвокатов по семейному праву в Америк

В 2011 году Британское психологическое общество (50 000 членов) причислило  доктора  Айра  Туркат к самых выдающимся клиническим психологам в истории. Доктор Туркат - единственный американец в этом списке. Доктор Айра Туркат преподавал  на Медицинском факультете Университета Вандербильта и в Медицинском колледже Университета Флориды. Он является лицензированным психологом в штате Флорида.

Доктор Туркат ограничивает свою практику сложными делами и имеет большой опыт в оказании помощи в подобных сложных делах. Сайт доктора Айра Даниэль Туркат - http://iraturkat.com

Доктор Айра Даниэль Туркат является одним из немногих специалистов (другие – доктор Дуглас Дарналл - ДОКТОР ДУГЛАС ДАРНАЛЛ: ТРИ ТИПА ОТЧУЖДАЮЩИХ РОДИТЕЛЕЙ и доктор Крейг Чилдресс - ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС, ПАТОГЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ ПРИ КОНФЛИКТНОМ РАЗВОДЕ), который посвятил свое исследование психопатологии поведения отчуждающего родителя. При этом он единственный сделал ОЧЕНЬ важный вывод о том, что подобная психопатология похожа внешне на психопатию (расстройство личности), но в то же время имеет серьезные отличия и является новой нозологической формой психического расстройства, ранее не известной. Я считаю, что доктор Айра  Туркат в этом исследовании вплотную подошел к рассмотрению загадочного явления в религиозной практике, которое носит название одержимости и беснования  и, по моему мнению, проявляется в психопатологии поведения отчуждающего родителя при конфликтном и враждебном разводе. Надо также отметить, что никаких новых исследований этого вопроса с 1995 года не появилось.

Некоторые американские адвокаты, наблюдавшие это явление в практике, считают, что пострадавшему супругу нужно в этом случае подумать о спасении своей жизни больше, чем о жизни детей, которым он может не помочь.

 

СИНДРОМ ЗЛОБНОЙ МАТЕРИ, СВЯЗАННЫЙ С РАЗВОДОМ

Айра Даниэль Туркат (Ira Daniel Turkat, Ph.D.), доктор философии

Источник: Journal of family violence (Журнал семейного насилия), том 10, номер 3, р 253-264, 1995

С растущей распространенностью разводов при наличии несовершеннолетних детей появилась модель ненормального поведения, которой уделяется мало внимания. В данной статье дается определение синдрома злобной матери, связанного с разводом. Конкретные нозологические критерии представлены многочисленными клиническими примерами. Вопросы классификации, этиологии, лечения и профилактики предстают перед исследованием.

ВВЕДЕНИЕ

Разведенный мужчина получает опеку над своими детьми, а его бывшая жена сжигает его дом. Женщина в опеке борется за свое потомство, потому что ее разведенный муж страдает аллергией на кошек. Их отец разорил их. Эти действия иллюстрируют паттерн ненормального поведения, который возник по мере роста числа разводов с участием детей.

Сегодня половина всех браков заканчивается разводом (Beal and Hochman, 1991). Хотя большинство этих дел «урегулировано» с юридической точки зрения, за пределами зала суда борьба продолжается.

Средства массовой информации приложили значительные усилия для повышения осведомленности общественности о проблеме, которую создают разведенные отцы, не исполняющие своих алиментных обязательств. Хеджес (1991) отмечает, что менее 20% разведенных отцов обеспечивают выплату алиментов на детей через три года после развода. Экономический статус после развода (например, Эрнандес, 1988; Лаоса, 1988) способствовал недавнему изменению законодательству, направленному на решение проблемы «мертвого папы».

О поддержке законопослушных отцов. Каждый день адвокаты и терапевты сталкиваются с ужасными историями, в которых они занимают недостойную позицию и противостоят ни в чем не повинным отцам и детям. К сожалению, нет научных данных по этому вопросу. Точно так же клиническая литература относительно игнорировала проблему.

Заметное исключение составляют  клинические работы доктора Р.Гарднера (1987, 1989), который предоставил прекрасные описания синдрома родительского отчуждения. Здесь родитель-опекун успешно отторгает отдельно  проживающего родителя. После успешной психологической манипуляции ребенок начинает  «...осуждать и критиковать целевого родителя, вплоть до  клеветы, которая не обоснована и/или преувеличена» (Gardner, 1989, p. 226). В типичном случае синдрома родительского отчуждения и мать, и ребенок участвуют в ряде патологических  действий против отца. Р.Гарднер рассматривает «промывание мозгов» как понятие «слишком узкое» (Gardner, 1989), чтобы уловить тонкую психологическую манипуляцию, вызывающую враждебность у ребенка к его отдельно  проживающему родителю.

В то время как новаторское описание синдрома родительского отчуждения Гарднером является важным вкладом в наше понимание психологических процессов, связанных с разводом, происходят серьезные нападения на разведенных мужей, обвиняющих их в  недопустимом воспитании  детей. Кроме того, эти действия включают готовность некоторых матерей нарушать законы общества. Наконец, есть матери, которые постоянно участвуют в злонамеренных действиях, направленных на отчуждение  детей от отца. В итоге, эти случаи не соответствуют критериям синдрома родительского отчуждения. Тем не менее, они отражают  серьезную аномалию.

Эта аномалия требует  увеличения научных и клинических исследований данной проблемы.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

В настоящем разделе дается определение синдрома злобной матери, связанного с разводом, который был выведен из клинических и юридических случаев. Как и при всех первоначальных предположениях, ожидается, что будущие исследования приведут к большей детализации критериев. Предложенное определение охватывает четыре основных критерия, а именно:

1.      Мать, которая неоправданно мстит своему разведенному или неразведенному мужу:

1. Попытка оттолкнуть общего ребенка (детей) от отца
2. Вовлечение других лиц в злобные действия против отца
3. Участие в чрезмерном судебном процессе

2.      Мать специально пытается отказать своему ребенку в:

1. Регулярном посещении его  отцом
2. Беспрепятственному телефонному доступу к отцу
3. Участии отца в школьной жизни ребенка и его внеклассных мероприятиях

3.      Включает иные злонамеренные действия по отношению к мужу, в том числе:

1. Ложь детям
2. Ложь другим
3. Нарушения закона

4.      Иное  психическое расстройство может присутствовать в анамнезе.

КЛИНИЧЕСКИЕ ИЛЛЮСТРАЦИИ

В этом разделе я приведу клинические иллюстрации для критерия, используя номера ссылок, приведенные выше. Поскольку критерии являются специфическими для синдрома злобной матери, я приведу ряд клинических примеров. Четвертый критерий, который касается связи предлагаемого синдрома с другими психическими расстройствами, будет обсуждаться более широко.

Критерий 1А: отчуждение детей

Диапазон действий, предпринимаемых матерью, чтобы попытаться оттолкнуть своих детей от отца, впечатляет. Например:

Одна мать солгала своим детям, что она больше не может покупать еду, потому что их отец потратил все свои деньги на женщин в барах  со стриптизом.

Жена доктора заставила ее 10-летнего сына подать заявку на бесплатные школьные обеды, финансируемые из федеральных средств, чтобы обмануть мальчика тем, что его «папа сделал нас бедными».

Подругу, которая годами воевала за опеку над детьми, мать просила отказаться от нейтралитета и присоединиться к ее кампании против отца ее детей, чтобы «потанцевать на его могиле». Когда подруга отказалась принять участие в ее травле бывшего мужа, мать солгала своим детям, что у их отца был роман с этой женщиной.

Такое поведение, в случае успеха, может привести к тому, что ребенок не только возненавидит отца, но, возможно, долгие  годы не сможет увидеть его. Как отмечает Картрайт (1993): «Целью отчуждения является не только лишение родителя общения с  ребенком, но и самого  ребенка детства» (стр. 210).

Критерий 1B: вовлечение других в злонамеренные действия

Второй компонент первого основного критерия, когда мать пытается наказать мужа, включает в себя манипулирование другими людьми с целью совершения злонамеренных действий против отца. Примеры такого рода следующие:
Психотерапевт, никогда не разговаривавший с отцом, выступил в роли свидетеля-эксперта и сообщил судье, что мать должна быть основным родителем по месту жительства и что отец должен проходить терапию.
Одна злобная  мать манипулировала подростками, чтобы они оставили  анонимные записки  с угрозами в доме бывшего мужа.
Мать, которая потеряла законную опеку над своим ребенком, манипулировала секретарем в школе ребенка, чтобы она помогла похитить ребенка.

В приведенных выше примерах важно отметить, что человек, которым манипулирует злобная  мать, каким-либо образом был «настроен» против ее разводящегося мужа. Как правило, это человек «обманутый», он испытывает  «праведное негодование», способствуя благоприятному психологическому климату для матери, начинающей злонамеренные действия против бывшего мужа.

Критерий 1С: чрезмерное судебное разбирательство

Каждая  из сторон в процессе развода или опеки имеет право на соответствующее юридическое представительство и действие. Однако лица, страдающие от синдрома злобной матери, связанного с разводом, пытаются наказать разводящегося мужа путем чрезмерного судебного разбирательства.

Агрессивная  и злобная  мать устно нападала на своего бывшего мужа всякий раз, когда она видела его. Со временем он научился  игнорировать ее и не отвечал ей. Затем она отвела его в суд, попросив судью потребовать от бывшего мужа поговорить с ней.

Одна мать сказала судье, что ее дочь на самом деле не была ребенком ее разведенного мужа.

Одна женщина отказалась прекратить нападать на своего бывшего мужа через суд, несмотря на то, что многочисленные адвокаты были уволены или добровольно покинули это дело. За три года было задействовано семь разных адвокатов.

Существуют данные, которые могут помочь в определении диапазона чрезмерного судебного разбирательства. Например, Keel et al. (1988) сообщают о частоте судебных разбирательств после развода в выборке из 700 семей. Их данные показывают, что только 12,7% семей подают одну петицию после развода в суд, тогда как менее 5% подают две или более петиций (Keel at al. 1988); менее 1% подают четыре или более петиций.

Критерий 2А: Отказ в регулярном посещении

Эксперты согласны с тем, что регулярное и беспрерывное посещение не проживающего в семье родителя желательно и полезно для детей, за исключением экстремальных обстоятельств (Hedges, 1991). Фактически, в некоторых штатах, таких как Флорида, есть законы, написанные для отражения этой точки зрения (Keane, 1990). К сожалению, даже когда отец и дети имеют законные права на общение, люди с синдромом злобной матери, связанным с разводом, продолжают мешать ему.

Мать, которая ранее нападала на своего бывшего мужа физически во время им посещения детей, затем отказалась предоставлять детей, когда бывший муж пригласил  полицию для наблюдения за посещением детей.

Когда один разведенный отец прибыл, чтобы забрать своих детей для посещения, мать организовала так, чтобы она и дети были в другом месте, чтобы отец не мог пойти с детьми.

Одна мать заставила своего физически крепкого парня напасть на ее бывшего мужа, когда он пришел забрать своих детей для посещения.

Президент Совета по правам детей (Вашингтон, округ Колумбия) отмечает, что такое отчуждение считается формой жестокого обращения с детьми (Леви, 1992). К сожалению, полиция обычно избегает вовлечения в такие ситуации. Кроме того, если пострадавший отец не имеет финансовой возможности обращаться  в суд на постоянной основе, мало что можно сделать для пресечения противоправного  поведения таких злобных матерей. Наконец, даже когда такие дела передаются в суд, суды зачастую неадекватны в поддержке прав посещения отцов (Комиссия по гендерным предубеждениям в судебной системе, 1992 г.).

Критерий 2B: отказ в неограниченном телефонном доступе

Учитывая физическое отсутствие одного из родителей, телефон играет важную роль в поддержании связи между ребенком и родителем-нерезидентом. Люди, страдающие от синдрома злобной матери, связанной с разводом, участвуют в ряде мероприятий, направленных на исключении  телефонного доступа родителя и ребенка.

Отец позвонил, чтобы поговорить со своими детьми, и ему сказали, что их нет дома, когда он слышал их голоса на заднем плане.

Когда один отец позвонил, чтобы поговорить со своими детьми, мать сказала, что позовет  детей, детям  не сообщила, а затем положила трубку.

Зная, что отец детей уехал в отпуск, одна мать предложила детям  оставить несколько сообщений на его  автоответчике, чтобы он перезвонили немедленно, только если он хочет получить дополнительное время для посещения со своими детьми.

Некоторые отцы находят процесс  отчуждения настолько болезненным и бесплодным, что в конечном итоге они перестают искать встреч со  своими детьми; они просто психологически "сдаются". Беспроигрышный сценарий «отказа от отца» со стороны ребенка (Hedges, 1991), к сожалению, достигает обычно результата, к которому стремится индивидуум, страдающий от синдрома злобной матери, связанного с разводом.

Критерий 2C: Отказ от участия во внеклассных мероприятиях

Неотъемлемой частью процесса поддержания связи со своим ребенком является участие отца в мероприятиях, которые он посещал до того, как родители расстались. Школьные игры, командные виды спорта и религиозные мероприятия - это лишь некоторые из таких  видов деятельности. Злобные  матери часто используют психологическую манипуляцию и обман для того, чтобы предотвратить участие отца в этих мероприятиях.

Одному отцу сознательно дали неправильную дату и время  важного события для ребенка. Мать спросила ребенка: «Интересно, почему твой отец не захотел сегодня тебя видеть»?

Одна мать отказалась предоставить отцу какую-либо информацию о любых внеклассных мероприятиях, в которых участвовали  дети.

Перед детской футбольной игрой одна мать рассказала многим из родителей команды, осуждающих ложь об отце своего сына. Когда он пришел посмотреть футбольный матч своего сына, многие из этих родителей смотрели на него со злобой, отказались разговаривать с ним и уходили, когда он подходил к ним.

Злобные Матери, которые используют  такие формы поведения, редко сталкиваются с наказаниями за такие действия. Судьи, адвокаты и полицейские не могут участвовать в каждом случае блокирования доступа родителя к ребенку. Кроме того, большинство отцов не могут позволить себе большие финансовые затраты на суды. Таким образом, цикл помех доступа сохраняется сам по себе.

Критерий 3А: злая ложь детям

С учетом статуса развития дети в конфликтной ситуации развода очень  уязвимы психологически. Когда один из родителей решает нападать на другого, обманывая детей, примеры такого типа злонамеренного поведения могут включать некоторые из следующих действий.

Одна разведенная мать сказала своей очень маленькой дочери, что ее отец "не совсем" ее отец, хотя он раньше и был им.

Восьмилетняя девочка была вынуждена ее матерью вручать неоплаченные счета ее дедушке, когда он посещал ее, потому что мать обманула дочь, что отец не предоставил никаких экономических средств поддержки семье.

Одна мать ложно сказала своим детям, что их отец неоднократно избивал ее в прошлом.

Эти примеры злонамеренной лжи можно противопоставить более тонким манипуляциям, обычно наблюдаемым в синдроме родительского отчуждения, таким как «виртуальные обвинения» (Cartwright, 1993). Здесь мать, индуцирующая  синдром родительского отчуждения, может просто намекнуть, что насилие могло иметь место, в то время как человек, страдающий от синдрома злобной матери, связанной с разводом, ложно утверждает, что насилие действительно имело место.

Критерий 3B: Вредная ложь другим

Лица, страдающие от синдрома злобной матери, связанного с разводом, могут привлекать к нападениям на бывшего мужа широкий круг лиц. Однако при этом индивид с синдромом злобной матери, связанной с разводом, специально лжет другим лицам, вовлеченным в войну  против отца. Некоторые примеры включают следующее.

Одна разъяренная мать позвонила президенту компании в 1500 сотрудников, где  работал ее разведенный муж, ложно заявив, что он использовал средства компании  для личной выгоды и оскорблял своих детей на работе при сотрудниках.

Одна женщина сообщила ложные сведения  официальным лицам, что ее бывший муж оказывал сексуальное насилие над их дочерью. Ребенок был немедленно отнят у него, и его доступ к ней был закрыт.

В ходе спора об опеке одна мать ложно сообщила сотруднику опеки, который изучал родительские навыки каждого из родителей, о том, что отец подвергал ее дочь физическому насилию.

Snyder (1986) сообщил о трудностях законных властей при столкновении с тем, кто является отличным лжецом. В соответствии с исследованиями неспособности «специалистов» обнаружить ложь (Ekman and O'Sullivan, 1991), квалифицированный лжец  может быть убедительным свидетелем в зале суда (Snyder, 1986). Хотя иногда это наблюдается у пограничных личностей, Snyder (1986) отмечает, что патологическая ложь (Pseudologia Fantastica) не ограничивается этим конкретным расстройством характера.

Критерий 3C: физическое  нападение на мужа

Лица, страдающие от синдрома злобной матери, связанной с разводом, имеют мало или вообще не имеют границ в своей кампании против разводящегося мужа. Нарушения закона распространены во многих случаях, хотя законы могут быть относительно незначительными. Однако в некоторых случаях нарушения закона могут быть довольно серьезными.

Одна женщина намеренно врезалась на своей машине в дом своего бывшего мужа, где проживали их общие дети.

В разгаре битвы за опеку одна женщина ворвалась в рабочий кабинет  своего разведенного мужа и украла важные деловые бумаги.

Разъяренная мать, которая разводится, позвонила на христианскую евангельскую телевизионную станцию  пообещала 1000 долларов, указав имя, адрес и номер телефона своего разведенного мужа-еврея в качестве залогодержателя.

Вышеприведенные описания могут напоминать читателю об определенных расстройствах личности (например, асоциальных, пограничных, садистских), но такое поведение может быть продемонстрировано лицами с синдромом злобной матери, связанным с разводом, которое, по-видимому, не соответствуют официальным диагностическим критериям для пограничных расстройств. Кроме того, в каждом из четырех примеров, представленных выше, ни одна из злобных  матерей не была осуждена за такое поведение судьей.

Критерий 4: Наличие иного психического  расстройства

При экспертизе  синдрома злобной матери, связанного с разводом, важно отметить, что многие из приведенных выше клинических примеров, по-видимому, имели место у лиц, у которых ранее не было диагностированы иные психические расстройства. Фактически, одна мать, которая имела  крайнюю степень злобы по отношению к своему разводящемуся мужу, имела заключения нескольких специалистов по психическому здоровью, свидетельствующих о том, что она не страдала каким-либо психическим расстройством. Очевидно, что у людей, имеющих синдром злобной матери, связанный с разводом, может быть, а может и отсутствовать сопутствующее психическое расстройство.

По опыту автора, для каждого психического расстройства, которым можно объяснить некоторые из этих действий, можно найти  исключения. Например, в некоторых случаях расстройство адаптации может показаться подходящим диагнозом, однако одна женщина все же отказала в посещении детей бывшему мужу только через 10 лет после развода. Другие случаи могут предполагать возможность диагноза расстройства личности, однако одна женщина, которая неоднократно нарушала закон, физически нападая на своего бывшего мужа, не получила диагноз расстройства личности, несмотря на то, что ее экспертизу проводили квалифицированные специалисты  на уровне магистра и доктора наук. В некоторых случаях может быть рассмотрен диагноз прерывистое агрессивное расстройство, однако гнев для многих матерей не выглядит прерывистым.

Наконец, читатель должен понимать, что, хотя точность диагностики некоторых психиатрических патологий не так хороша, как хотелось бы (например, расстройства личности, см. Turkat, 1990), проблема усугубляется и семейным правом, когда в судебные дела в вовлекаются некомпетентные эксперты по психическому здоровью. (Туркат, 195)  Очевидно, что взаимосвязь между синдромом злобной матери, связанным с разводом, и другими психическими расстройствами является сложной и требует серьезного изучения.

ОБСУЖДЕНИЕ

С клинической точки зрения семьи, в которых присутствует синдром злобной матери, связанный с разводом, подвержены серьезным приступам стресса и дистресса. Тем не менее, нет никаких научных доказательств того, как лечить это явление. Это особенно скомпрометировано тем фактом, что многие из этих случаев, которые, как представляется, соответствуют предлагаемым диагностическим критериям, отрицают, что с ними что-то не так.

Дополнительная трудность заключается в том, что многие терапевты не знают об этой модели злонамеренного поведения (Heinz and Heinz, 1993). Таким образом, есть терапевты, которые «одурачены» такими случаями и, как отмечалось ранее, идут в суд, свидетельствуя о том, что с матерью все в порядке.

С юридической точки зрения, есть некоторые адвокаты, которые могут непреднамеренно поощрять этот тип поведения (Gardner, 1989). С другой стороны, есть некоторые адвокаты, которые намеренно поощряют такое поведение, поскольку финансовое вознаграждение для них зависит от времени процесса. Другими словами, чем больше продолжается  судебный процесс, тем выше прибыль адвоката (Grotman and Thomas, 1990). Тем не менее, даже для подгруппы адвокатов, для которых все это может быть истиной, существует проблема снижения доходов. Кроме того, независимо от экономических соображений, многие из тех, кто участвует в судебных заседаниях по семейному праву, считают, что эти типы дел рассматриваются неквалифицированно (Greif, 1985; Levy, 1992).

Женщине, которая не потревожена «достаточно» в зале суда, чтобы потерять опеку над своими детьми,  не будет отказано в деньгах, потому что она демонстрирует подобное патологическое  поведение и при этом она не пойдет в тюрьму. Таким образом, многие клиенты сообщают о значительном разочаровании, когда они и их дети подвергаются такому злонамеренному поведению, и суды, похоже, мало что  предпринимают в подобных случаях

В обзоре соответствующей юридической литературы семейного права о предвзятости в отношении мужчин при рассмотрении подобных дел Tillitski (1992) пришел к выводу, что существует широко распространенная дискриминация. Это хорошо иллюстрируется заявлением одного из судей по семейному праву: «Я никогда не видел, чтобы телята следовали за быками, они всегда следуют за коровой, поэтому я всегда даю опеку мамам» (Комиссия по гендерным предубеждениям в судебной системе , 1992, стр. 742). Аналогичным образом, отмечается, что права отцов на общение с детьми  не соблюдаются так жестко, как судебные решения об алиментах (Комиссия по гендерным вопросам в судебной системе, 1992 год). Такое предвзятое отношение к мужчинам в рамках семейного права приводит к появлению уникальной группы отцов, которые непреднамеренно становятся относительно беспомощными жертвами системы (Tillitski, 1992). Эта ситуация, похоже, усиливает порочное поведение женщин, страдающих от синдрома злобной матери, связанного с разводом.

Вопрос о гендерном неравенстве, безусловно, необходимо решать. Подавляющее большинство опекающих родителей - женщины (Комиссия по гендерным предубеждениям в судебной системе, 1992). Гарднер (1989) отметил, что синдром родительского отчуждения чаще всего встречается у женщин, хотя мужчина, который имеет право опекунства над детьми, может использовать тот же тип отчуждения детей от матери. Авторский опыт относительно  синдрома Злобной  Матери, связанного с разводом, похож на опыт Гарднера. Однако, автор еще не видел случая, когда отец участвовал бы во всех перечисленных критериях такого патологического поведения. Это не означает, что не может быть синдрома «злого отца». На самом деле, Shepard (1992) сообщает, что в отношении отцов-матерей, имеющих  опекунство, происходят серьезные злоупотребления и со стороны отцов-нерезидентов. С другой стороны, следует отметить, что есть женщины, которые обязаны платить алименты, но нам еще предстоит услышать о "Deadbeat Moms". Учитывая, что в настоящее время дело, в котором отец соответствовал всем критериям синдрома злобной матери, связанной с разводом, еще не задокументировано, представляется целесообразным дождаться научных доказательств, чтобы руководствоваться вопросами нозологической маркировки.

Насколько распространенным является синдром злобной матери, связанный с разводом? Ответ неизвестен. Гарднер (1989) сообщает, что примерно 90% всех сражений за опеку над детьми связаны с некоторыми аспектами отчуждения родителей. Кроме того, Kressel (1985) рассмотрел данные, свидетельствующие о том, что до 40% опекунов-матерей отказывают в посещении детей бывшим мужем, чтобы наказать его. Аналогичным образом, Arditti (1992) сообщил, что 50% выборки разведенных отцов (N = 125) указали на то, что их посещению детей мешала мать. Хотя аспекты отчуждения родителей могут быть общими, весьма маловероятно, что такой процент опекунов-матерей будет отвечать всем критериям синдрома злобной матери, связанного с разводом.

Что касается заболеваемости, из названия этого синдрома может следовать, что злонамеренное поведение ускоряется процессом развода.

Однако это явно эмпирический вопрос. Хотя злонамеренные действия могут сначала быть замечены во время процесса развода, возможно, что злонамеренность могла присутствовать ранее, но не обнаруживаться. Исследование родительского конфликта до развода (Enos and Handal, 1986) подтверждает это предположение. Кроме того, может также случиться так, что есть некоторые случаи ранее существовавших психических расстройств, которые не были обнаружены до тех пор, пока не разворачивается стресс самого развода.

Наконец, следует отметить, что исследование природы функционирования семьи после развода начинают появляться. Существуют некоторые данные о роли родительского конфликта в функционировании детей после развода (например, Frost and Pakiz, 1990; Furstenberg et al., 1987; Healy, Malley and Stewart, 1990; Kudek, 1988), но исследования еще не появились по крайним случаям синдрома родительского отчуждения и синдрома злобной матери, связанного с разводом.

Синдром злобной матери, связанный с разводом, представляет собой важный социальный феномен. Расстройство затрагивает детей, родителей, адвокатов, судей, опекунов, специалистов по психическому здоровью и других. До тех пор, пока это явление не будет более подробно исследовано в научной и клинической литературе, проблемы, создаваемые людьми, страдающими от синдрома злобной матери, связанным с разводом, будут продолжать преследовать нас. Надеемся, что настоящая рукопись будет стимулировать исследования, чтобы можно было разработать клинические и юридические рекомендации по управлению этим патологическим поведением.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Artlitli, J. A. (1992). Factors related to custody, visitation, and child support for divorced fathers: An exploratory analysis. J. Div. Remarr. 17: 23-42.
Beal, E. W., and Hockman, D. (1991). Adult Children of Divorce, Delacorte Press, New York.
Cartwright, D. F. (1993), Expanding the parameters of parental alienation syndrome. Am. J. Fam. Ther. 21: 205-215.
Commission on Gender Bias in the Judicial System. (1992). Gender and justice in the courts: A report to the supreme court of Georgia. Georgia State Univ. Law Rev. 8: 539-807.
Ekman, P., and O'Sullivan, M. (1991). Who can catch a liar? American Psychologist, 46: 913-920.
Enos, D. M., and Handal, P. J. (1986). The relation of parental marital status and perceived family conflict to adjustment in white adolescents. J. Consult. Clin. Psychol. 54: 820-824.
Frost, A. K., and Pakiz, U. (1990). The effects of marital disruption on adolescence: Time as a dynamic. Am. J. Orthopsychiatry 60: 544-555.
Furstenberg, F. F., Morgan, S. P., and Allison, P. D. (1987). Paternal participation and children's well being after marital dissolution. Am. Sociological Rev. 52: 695-701.
Gardner, R. A. (1987). The Parental Alienation Syndrome and the Differentiation Between Fabricated and Genuine Child Sex Abuse, Creative Therapeutics, Cresskill, NJ.
Gardner, R. A. (1989). Family Evaluation in Child Custody Mediation, Arbitration, and Litigation, Creative Therapeutics, Cresskill, NJ.
Greif, G. L. (1985). Single Fathers, Lexington Books, Lexington, MA.
Grutman, R., and Thomas, B. (1990). Lawyers and Thieves. Simon & Schuster, Englewood Cliffs, NJ.
Healy, J. M., Malley, J. E., and Stewart, A. J. (1900). Children and their fathers after parental separation. Am. J. Orthopsychiatry 60: 531-543.
Hetherington, E. N., and Arasteh, J. D. (eds.). (1988). Impact of Divorce, Single Parenting and Step-Parenting on Children, Lawrence Erlbaum, Hillsdale, NJ.
Heinz, H. R., and Heinz, S. A. (1993). Emotional incest: The tragedy of divorcing families. Am. J. Fam. Law 7: 169-174.
Hernandez, D. J. (1988). The demographics of divorce and remarriage. In Hetherington, E. M., and Arasteh, J. D. (eds.), Impact of Divorce, Single Parenting, and Step-Parenting on Children, Lawrence Erlbaum, Hillsdale, NJ, pp. 3-22.
Hodges, W. E (1991). Interventions for Children of Divorce, (second edition), Wiley, New York.
Keane, G. (1990). Florida Divorce Handbook, Pineapple Press, Sarasota, FL.
Koel, A., Clark, S. C., Phear, W. P., and Hauser, B. B. (1988). A comparison of joint and sole legal custody agreements. In Hetherington, E. M., and Arasteh, J. D. (eds.), Impact of Divorce, Single Parenting, and Step-Parenting on Children, Lawrence Erlbaum, Hillsdale, NJ, pp. 73-90.
Kressel, K. (1985). The Process of Divorce, Basic Books, New York.
Kurdek, L. (1988). Custodial mothers' perceptions of visitation and payment of child support by non-custodial fathers in families with low and high levels of pre-separation interparental conflict. J. Appl. Devel. Psychol. 9: 315-328.
Laosa, L. N. (1988). Ethnicity and single parenting in the United Stales. In Hetherington, E. M., and Arasteh, J. D. (eds.), Impact of Divorce, Single Parenting, and Step-Parenting on Children, Lawrence Erlbaum, Hillsdale, NJ, pp. 23-49.
Shepard, N. (1992). Child-visiting and domestic abuse. Child Welfare 71: 357-367.
Snyder, S. (1986). Pseudologia Fantastica in the borderline patient. Am. J. Psychiatry 143: 1287-1289.
Tillitski C. J. (1992). Fathers and child custody: Issues, trends, and implications for counseling. J. Ment. Health Counsel. 14: 351-361.
Turkat I. D. (1990). The Personality Disorders: A Psychological Approach to Clinical Management, Pergamon, New York.
Turkal, I. D. (1993). Questioning the mental health expert's custody report. Am. J. Fam. Law 7: 175-179.

---

Айра  Даниэль Туркат, Флоридский институт психологии и Медицинский колледж Флоридского университета, 1225 Avenida Del Circo, Венеция, Флорида, 34285.